Словарь по христианству Б БАШЛЯР Гастон - Страница 11

БАШЛЯР Гастон - Страница 11

Такую позицию Башляр обозначает как «кантианство второго приближения». Современный разум диалектически абстрактно-конкретен, представляет собой многоступенчато опосредованное мышление, конструктивистски с помощью приборов творящее (а не наблюдающее) реальность и наиболее полно воплощающееся в математизмах современной физики («дискурсивной метафизике математического реализма»). Та реальность, с которой современный разум имеет дело, – это частный воплощенный случай мира возможного (мира математизированного естествознания). Сам же современный разум проявляется как парадоксальность мышления, как техническая реализация «безумных идей», противоречащих обыденному опыту, который не может, например, выйти за рамки представления о свете как результате наблюдаемого горения. Разум связывает его с принципом излучения, что открывает совершенно иные технические (реализационные) возможности. «Атомизируя серу, устраняют ее сатанинские аспекты», – указывает Башляр и настаивает «на осуждении и уничтожении доктрины простых и цельных понятий». Прикладной рационализм есть одновременно и диалектический рационализм. Разум не только парадоксален (действует по формуле «а почему бы и нет»), но и диалектичен (хотя и порождает его парадоксальность), исходит из дополнительности противоположностей («диалектики противоречивого»). При этом Башляр исходит из принципа дополнительности как конструирующего диалектичность современного (по)знания: противоположности (трансцендентального – феноменологического, рационального – эмпирического, теории – опыта) полагаются как дополнительные и «налагающиеся» (без снятия и синтеза, сохраняя «отношение») друг на друга в конструктивно-технических реализациях, обеспечивающих их единство. Последнее Башляр попеременно именует «сюррационализмом» и «сюрэмприризмом» (по сути, уравнивая эти термины между собой) и обозначает как «интегральный рационализм», обнаруживающий за физико-математическими аксиоматиками присутствие экспериментальной реальности. Именно «диалектизация» (по)знания разрушает «очевидности» и опыта, и разума, обнаруживает «кажимость» данности, «заставляет» видеть реальность как процессуальность. Со своей стороны, экспериментирующий разум постоянно проблематизирует (по)знание, обнаруживая эпистемологические разрывы теоретических построений и данных, и технотизирует науку, имеющую дело с «изобретенной» реальностью («наша мысль идет к реальному, но не исходит из него»). Неореалистическая программа Башляра оказывается, в конечном итоге, программой перманентной эпистемологической революцией как постоянного диалектического самоотрицания «достигнутого» на основе рефлексивности «нового научного духа» (непрекращающейся «конкретизации абстрактного»). Соответственно современная философия, по Башляру, – это не философия бытия, а философия науки, но тем самым в другой своей ипостаси – и философия творчества. Эпистемология, творя онтологию, оказывается соотнесенной, в другом отношении, с психологией познания, а «дневной человек» науки предполагает «ночного человека» творческого воображения. «Нормативизированный» человек науки, человек научного сообщества оказывается в постоянном противоречии сам с собой. «Человек сомневается, колеблется. Научная школа не сомневается никогда. Научная школа увлекает за собой». «Школьность» и «фабрикация феноменов» наталкиваются на противоречие внутри себя – ведь познание, будучи «всегда против», «всегда преодолением» предполагает оппонирование в том числе и собственному знанию, своему прошлому, себе настоящему, другим, входящим в сообщество, и т.д. «Я» постоянно должно обнаруживать и собственные разрывы, ошибки и искушения. Научная деятельность должна начинаться в том числе и с очищения и «превращения» (рационального оформления в результате конструктивной деятельности сознания) и собственных психологических «очевидностей».

 



 
PR-CY.ru